Информационные потребности граждан и политические коммуникации

Отправлено 3 мар. 2015 г., 20:45 пользователем Vladislav Moiseev   [ обновлено 3 мар. 2015 г., 20:48 ]

                    Информационные потребности граждан и политические коммуникации

                                                                                                                                

                                                                                                                                    Тишкин Сергей Александрович

                                                                                                                  Аспирант РАНХиГС при Президенте РФ



Аннотация: 

С позиций признания необходимости повышения интереса граждан к политической сфере общества и обеспечения эффективности политических коммуникаций в статье проводится краткий анализ распространённых в научной среде моделей восприятия информации и информационного поведения человека. В результате автор приходит к выводу о зависимости генезиса гражданских информационных потребностей, связанных с политикой, от проведения программ повышения информационных компетенций и медиаграмотности, а также от соблюдения в информационной сфере нашего общества информационно – стратификационного баланса.


Abstract:

From the standpoint of necessity to increase people’s interests to political sphere of society and to ensure political communication performance, there is a brief analysis provided in this article, about perception models and information human behavior, which are popular in scientific environment. As a result the author comes to the conclusion that genesis of people’s informational needs related to politics depends on fulfilment of programs improving informational competence and media literacy as well as compliance of information-stratification balance in information sphere of our society.


Ключевые слова: политические коммуникации, информационные потребности, информационное поведение, информационная грамотность.


Key words: political communication, information needs, information behavior, information literacy.


Трансформационные процессы, связанные со стремительным технологическим развитием информационной сферы общества, оказывают свое воздействие области человеческой деятельности, в том числе, и на мир политического. Множа источники политической информации и вызывая к жизни новые коммуникативные феномены политического взаимодействия, они многократно усложнили структуру пространства политической коммуникации.

 С одной стороны, достаточная информированность общества является необходимым условием развития демократических институтов и повышения политической осведомленности граждан, но «в настоящее время остается открытым вопрос о том, будет ли информационное общество «более информированным». Дело в том, что в результате научно-технической революции себестоимость производства и передачи единицы информации существенно сократилась, однако при этом способность производить информацию намного превысила человеческие способности по ее переработке» [15].

«Информационное изобилие» позволяет человеку не только получить информацию по практически любой интересующей его тематике в любое, удобное для него время, но и дает возможность «избежать» информации, не удовлетворяющей личностных информационных потребностей. Это может стать серьезной проблемой при организации политических коммуникаций, особенно с использованием средств массовой информации, ведь изначально интерес граждан к миру политики не столь велик. Повышение интереса граждан к политической жизни общества, в таком случае, становится необходимым условием развития политической культуры общества. Повышение интереса граждан к политической жизни, генезис их информационных интересов, связанных с миром политики в условиях «информационного изобилия» становиться необходимы условием реализации успешной политической коммуникации.    

Кроме того, помимо дистрибуции, доставки сообщения до адресата, важнейшим условием успешной коммуникации в насыщенной информационной среде становится адекватное восприятие аудиторией полученного сообщения. И здесь, опираясь на современные исследования в области когнитивной психологии и психологии коммуникативной деятельности, мы также можем констатировать ключевое значение, которое имеют информационные потребности, связанные с политикой для превращения политической информации в политическое знание, установки и ориентации.

 Для примера рассмотрим две модели когнитивной деятельности, предложенные современными исследователями. В соответствии с моделью вероятности сознательной обработки информации (ВСО – модель, предложена Р. Петти и Дж. Качиоппо) к успешному убеждению могут вести два пути обработки информации: центральный и периферический.

Центральный путь требует от получателя сообщений значительных когнитивных усилий для оценки полученного сообщения и его верификации в свете накопленного опыта и имеющихся знаний. Периферийные же пути могут иметь множество разновидностей, и ни одна из них не связана со значительными когнитивными усилиями. [6] Исследования показали, что наиболее эффективными, для достижения долгосрочных изменений политических установок, является центральный путь обработки информации, а наиболее важным параметром вероятности сознательной обработки является индивидуальная значимость медиаинформации для получателя [5].

 В соответствии с эвристико – систематической моделью восприятия информации Ш. Чейкен, при восприятии получаемой информации человек так же, как и в модели ВСО, может использовать одну из когнитивных стратегий – эвристическую или системную. Эвристическая стратегия подразумевает активацию и применение правил и шаблонов, уже находящихся в памяти индивида. В этом случае формирование политических установок и мнений в значительной степени управляется получаемой информацией. Систематические стратегии подразумевает всесторонний анализ полученной информации с возможным привлечением к ее верификации дополнительных информационных источников. Протекание когнитивных процессов в русле систематической стратегии возможно только при наличии высокого уровня знаний [2].

По мнению Чен и Чэйкен, познавательная деятельность личности представляет собой постоянный выбор между этими двумя когнитивными стратегиями, при этом зачастую основой выбора является принцип «наименьшего усилия» в сочетании с принципом достаточности, когнитивная система человека, как бы ищет баланс между минимизацией познавательных усилий с одной стороны и удовлетворением имеющихся информационных потребностей с другой. При этом более затратным, систематическим когнитивным стратегиям отдается предпочтение при необходимости ликвидации разрыва между уровнем желательного и действительного знания, и доступные для личности эвристики эту проблему решить не могут [1].

Приведенные модели когнитивных процессов позволяют утверждать, что коммуникативные мотивы человека, обусловленные его интересом к политике и политическим процессам, служат основополагающим фактором использования «длинных» когнитивных стратегий восприятия информации и, как следствие, расширения личностью своих политических знаний, более осмысленное и активное участие в политической жизни. Мы видим, что интерес к политике и сформированные информационные потребности, связанные с миром политического, являются важнейшим фактором «вовлечения» личности в сознательную обработку политических сообщений и эффективного информационного взаимодействий гражданина с пространством политических коммуникаций.

Как происходит зарождение информационных потребностей? Какова природа их генезиса и удовлетворения? Для ответов на эти вопросы мы можем обратиться к обширному теоретическому и практическому багажу исследований в области библиотечно – информационного обслуживания, для которых информационные потребности человека, по определению А.И. Черного «информация, необходимая для достижения какой-то цели»[12], являются одним из важнейших объектов изучения. 

Для более полного раскрытия феномена информационных потребностей и изучения механизмов их удовлетворения с начала 90-х годов ХХ века в научный лексикон вводится термин информационного поведения, как «образа действий, совокупности усилий, предпринимаемых человеком для получения – усвоения и использования – создания нового знания, его передачи и распространения в обществе»[11] или «описания возникновения информационных потребностей, поиска, организации, использования и передачи информации в различных контекстах»[4]. Изучение информационного поведения дает возможность оценки активности личности как познающего субъекта, ее умения ориентироваться в информационном пространстве. Было установлено, что информационное поведение, как показатель уровня информационной культуры личности, может служить основой для социальной дифференциации общества.

Многолетние усилия специалистов в области библиотечно – информационного обслуживания были направлены на синтез общей модели человеческого информационного поведения[7]. Одной из таких моделей стала модель Т.Д. Уилсона (рис.1)[9], в которой рассматривается информационно – поисковое поведение человека с учетом социального контекста, окружающего человека. Интегрировав из различных областей гуманитарного знания в свою модель концепты, раскрывающие особенности взаимодействия человека и информационной сферы, Т.Д. Уилсон выделяет ряд барьеров, препятствующих проведению информационного поиска и удовлетворения информационных потребностей для индивида.

По мнению Т.Д. Уилсона, между личностью в социальном контексте и процессом поиска ввести дополнительный активизирующий процесс. В качестве примера такого процесса Уилсон использует копинги: изучаемые в рамках психологии стресса и совладения «постоянно изменяющиеся когнитивные и поведенческие способы преодоления специфических внешних и внутренних требований, которые оцениваются человеком как значительные или превосходящие его возможности»[14]. С помощью копингов, составляющих устойчивые поведенческие модели (копинговые стратегии) человек справляется со стрессами и переживаемыми эмоциями, являющимися результатами взаимодействия средовых процессов и человека



Копинг-стратегии являются своеобразным медиатором, через который глубинные психологические конструкты обеспечивают саморегуляцию поведения в стрессовой ситуации. 

В зависимости от множества причин, человек может отложить поиск информации, или, даже уже осознав информационные потребности, отменить его. На основе изучения множества концепций информационного поведения из различных областей социо-гуманитарного знания Уилсон выделяет следующие группы факторов (барьеров), потенциально препятствующих информационно – поисковому поведению: 

  • физиологические, когнитивные и аффективные особенности личности;
  • личностный уровень знаний и образование;
  • демографические характеристики;
  • экономические характеристики (под ними понимаются факторы временных и материальных затрат);
  • социальные барьеры (при межличностной коммуникации);
  • средовые и ситуативные (такие как недостаток времени, географические или культурные особенности);
  • особенности источника информации (надежность, доступность, канал распространения информации). [8]

Уилсон считает, что между оценкой информационных потребностей и непосредственно поиcком информации находится дополнительный активационный процесс, в качестве которого могут быть рассмотрены психологические процессы, изучаемые в рамках теории «социального обучения», теории «риска – награды» или теории «личной эффективности». 

Завершают модель информационного поведения, реализующие обратную связь между личностью и информационными потребностями процессы использования и обработки информации. 

 Кроме того, помимо активного поиска, Уилсон вводит еще несколько градаций поискового поведения: пассивное внимание, пассивный поиск, продолжающийся во времени поиск. 

В соответствии с моделью Уилсона, наибольшее влияние на появление информационных потребностей вообще и потребностей, связанных с миром политического, в частности оказывает окружающая человека среда. Именно вследствие необходимости ориентироваться в окружающем мире и вести свою жизнедеятельность личность может осознать возникновение «информационных» пробелов, связанных с миром политического и принять действия по их удовлетворению. Представляя собой постоянный, циклический процесс, развитие этих информационных потребностей во многом зависит от возможности их удовлетворения и успешности коммуникативного взаимодействия, осуществляемого на основании этих потребностей. Следовательно, для повышения качества коммуникативного взаимодействия личности с пространством политической коммуникации необходимо максимально ослабить влияние «барьеров», выступающих препятствием для полноценного удовлетворения информационных потребностей. 

Решение этой задачи требует, на наш взгляд, комплексного подхода, интегрирующего методологический и практический багаж различных областей гуманитарного знания. Но особая роль в  повышении интереса граждан к политической сфере общества и удовлетворении их информационных потребностей, связанных с политической сферой,  принадлежит, на наш взгляд, медиаобразованию  -  процессу развития личности с помощью и на материалах средств массовой коммуникации (медиа) с целью формирования культуры общения с медиа, творческих, коммуникативных способностей, критического мышления, умения полноценного восприятия, интерпретации, анализа и оценки медиатекстов, обучения различным формам самовыражения при помощи медиатехники[16].

Какое влияние оказывает информационная грамотность и медиаобразование на интерес к политике? С одной стороны, это влияние можно считать весьма опосредованным – умение находить необходимую информацию, анализировать тексты, и ориентация в медиаполе сами по себе не могут заставить человека интересоваться политикой. С другой стороны, среди потребностей обращения к медиа, помимо информационных потребностей, современные исследователи выделяют также потребности в самоидентификации, подкреплении своих взглядов, интеграции и социальном взаимодействии[3]. Для политических коммуникаций это означает, что человек, не нашедший в информационной среде поддержки своих политических взглядов, или испытывающий затруднения в поиске интересной для себя политической информации, в итоге будет игнорировать пространство политической коммуникации, тем самым снижая свою информированность и снижая свои возможности как гражданина и участника политической жизни. 

Серьезную помощь государству в развитии информационных компетенций граждан оказывает ЮНЕСКО, цель усилий которого в сфере  медиаобразования – содействие пониманию влияния СМИ на общество и их роли в эпоху информационного общества не только как средства коммуникации, но и как источника информации и знаний. В частности, ЮНЕСКО поддерживает инициативы по развитию навыков критического осмысления действий СМИ, что является особенно важным при анализе политических сообщений. Медиаобразование является частью основных прав каждого гражданина любой страны мира на свободу самовыражения и права на информацию и является инструментом поддержки демократии. ЮНЕСКО рекомендует внедрить программы Медиаобразования в национальные учебные планы всех государств, в систему дополнительного, неформального и «пожизненного» образования». [10]

Еще рад барьеров на пути успешной политической коммуникации непосредственно связаны с проблемой «информационного неравенства». И если повышение уровня информационной грамотности и развитие информационной культуры позволяют решать эту проблему использования гражданами  современных технических и телекоммуникационных средств и доступа к источникам информации, то для борьбы с низким интересом к политической жизни и политической анемией необходимо преодолеть ту форму информационного неравенства, которая, как отмечает П. Н. Киричек, является нарушением закона информационно – стратификационного баланса, выражающего устойчивую зависимость подвижного равновесного состояния (гомеостаза):

а) во внутренней сфере жизнедеятельности федерального или регионального сообщества – от пропорциональной (структурированному составу населения) представленности интересов всех социальных групп в средствах массовой коммуникации, особенно – в масс-медиа (в качестве «героев» публикаций и субъектов выраженного общественного мнения); 

б) во внешней сфере – от оптимального для страны «экспорта-импорта» объемов отечественной и зарубежной социальной информации (публицистической, художественной, научной, специальной)[13].

Генезис политической культуры нашего общества во многом зависит от развития отечественных политических коммуникаций и выстраивание полноценных коммуникативных отношений граждан с участниками политического пространства. Вовлечение граждан в активное взаимодействие с пространством политической коммуникации требует, на наш взгляд, от участников этого пространства повышения интереса аудитории средств массовой информации, как основного средства политической коммуникации в современном мире, к политической сфере нашего общества. Развитие интереса граждан к миру политического, генезис информационных потребностей, связанных с политикой, требует постоянного развития программ повышения информационных компетенций и медиаграмотности, а также соблюдения информационно – стратификационного баланса в информационной сфере нашего общества. 


Ссылки:

  1. Chaiken S., Giner-Sorolla R., Chen S. Beyond accuracy. Defense and impression motives in heuristic and systematic information processing// Gollwitzer P. & Barch J.(Eds.). The psychology of action. Linking cognition and motivation to behavior. New York: The Guilford Press, 1996.C 554;
  2. Chen S., Chaiken S. The heuristic-systematic model in its broader context; in: Chaiken S.& Trope Y. (Eds.). Dual-processing theories in social psychology. New York: The Guilford Press, C. 73-96;
  3. McQuail D. Mass Communication Theory. – London, 2002 – C. 27-28;
  4. Pettigrew K.E., Fidel R., Bruce H. Conceptual frameworks in information behavior//Annual Review of Information Science & Technology. №35 2001;
  5. Petty, R.E., Cacioppo, J.T. &Haugtvedt, C.  Involvement and persuasion: An appreciative look at the Sheriffs' contribution to the study of self-relevance and attitude change. In D. Granberg & G. Sarup (Eds.), Social judgment and intergroup relations: Essays in honor of Muzafer Sherif NewYork: Springer/Verlag 1992.      С. 147-174;
  6. Petty R.E., Priester J.R, Bricol P. Mass Media Attitude Change: Implications of the Elaboration Likelihood Model of Persuasion. In Media effects : advances in theory and research / Jennings Bryant & Dolf Zillmann, editors—2nd ed.London 2002 С.162-175;
  7. Wilson T.D. Evolution in information behavior modeling: Wilson's model. In K. E. Fisher, S. Erdelez& L. McKechnie (Eds.), Theories of information behavior. Medford, N.J: Information Today Inc,2005. С.31-36;
  8. Wilson T. D. Information behavior: an interdisciplinary perspective. Information Processing and Management, 1997, 33(4), 551- 572;
  9. Wilson T.D. Models in information behavior research. Journal of Documentation, vol. 55, no. 3, June 1999, С.256-257;
  10. Recommendations Addressed to the United Nations Educational Scientific and Cultural Organization UNESCO. In:  Education for the Media and the Digital Age. Vienna: UNESCO, 1999, p.273-274. Reprint in: Outlooks on Children and Media. Goteborg: UNESCO & NORDICOM, 2001. C. 152;
  11. Дрешер Ю.Н., Атланова Т. А., Латыпова О. П. Изучение пользователей как исходная база формирования комфортной информационной среды в условиях РМБИЦ МЗ РТ, Материалы Конференции «Крым-2005». – CDROM. – ГПНТБ России, Ассоциация ЭБНИТ;
  12. Инфосфера: Информационные структуры, системы и процессы в науке и обществе – М.: ВИНИТИ, 1996. – 499 с.;
  13. Киричёк П.Н. Социология публицистики: Учебное пособие. Саранск. 1998. С.78;
  14. Рассказова Е.И., Гордеева Т.О. Копинг-стратегии в психологии стресса: подходы, методы и перспективы [Электронный ресурс] // Психологические исследования: электронный научный журнал. 2011.          N 3 (17). URL: http://psystudy.ru (дата обращения: 01.02.2015);
  15. Силкин В.В., Маркелов К.В. Информационная аналитика, Саратов,2009. c. 43;
  16. Федоров А.В. Медиаобразование и медиаграмотность. - Таганрог: Изд-во Кучма, 2004. - 340 c.
Comments